Легенда о каноне


Одним из популярных православно-католических аргументов является так называемое создание канона (имеется в виду канон христианских книг). Церковь считает, что сделала нечто очень важное и значительное, на что имеет эксклюзивное право. Поэтому, как считает церковь, если другие конфессии пользуются ее каноном, они должны признать ее авторитет и в остальных областях, иначе их можно уличить в непоследовательности.

Давайте разберемся, что же сделала официальная православная (она же католическая) церковь Римской Империи на своих соборах в 4-м веке. Один из ведущих мировых специалистов по канону Нового Завета Брюс Мецгер пишет («Канон Нового Завета», гл. 5):

К концу II века появляются контуры того, что уже можно назвать ядром будущего Нового Завета. Рамки зарождающегося канона оставались неопределенными еще много лет, но среди очень разных и рассредоточенных по миру общин нарастало единодушие относительно большей части Нового Завета. Это справедливо не только для Средиземноморья, но и для территории, простиравшейся от Британии до Месопотамии. К концу III — началу IV века подавляющее большинство из тех 27 книг, которые чуть позже будут широко признаны как канон Нового Завета, почти повсеместно приобретают авторитет священных. Безусловно, в то время ходило довольно много конкурирующих документов, пользовавшихся временным или локальным авторитетом, но в течение жизни последующих поколений рамки канона становились все более четкими.

Итак, православная церковь написала эти книги? Нет, они были написаны гораздо раньше. Может быть, она поспособствовала их распространению – печатала гигантскими тиражами, рассылала по всему свету? Нет, они получили распространение и известность опять-таки гораздо раньше. Может быть, она впервые объявила их боговдохновенными и затем доблестно доказывала этот статус тем, кто его не признавал? И этого не было: книги уже несколько веков считались боговдохновенными, их статус практически не оспаривался в христианском мире.

Что же сделала церковь? Она просто составила список самых распространенных к ее времени, самых авторитетных, самых читаемых книг, которые признаются большинством, по отношению к которым было меньше всего сомнений. Какой заслугой является составление списка? Его мог составить кто угодно, вся информация была общедоступной. Откуда-нибудь из Китая мог прийти ученый и сказать: «Так-так, в христианских церквях читают такие-то книги, составлю-ка я их список». Вот он и «составил канон». Но есть ли у него хоть какая-то заслуга в появлении этого канона? Нет, потому что он просто констатировал факт его существования – факт, который уже имел место до того. Так и церковь сделала де-юре то, что уже было де-факто. Не книги являются авторитетными, потому что церковь включила их в канон, а наоборот, она включила их в канон, потому что они являются авторитетными. Церковь меняет местами причину и следствие.

Более того, кто угодно может составить канон. Прочитайте пару книг по ранней истории христианства, выясните, какие тексты пользовались наибольшим авторитетом, и запишите их на бумажке. Поздравляю, вы составили канон. Но попробуйте теперь заявить свои права на авторство этого канона – вас тут же поднимут на смех. А у римской церкви это получилось.

Эту ситуацию можно сравнить с тем, как если бы я сделал список фильмов, получивших «Оскар», а затем потребовал авторские отчисления от их проката. Конечно, ни один суд не примет такую аргументацию. Хорошее сравнение есть и у Мецгера:

Творения веры и искусства ничего не приобретают от официальной печати. Если, например, все музыкальные академии мира объявят Баха и Бетховена великими музыкантами, надо бы ответить: “Спасибо, мы об этом и так давно знаем”.

Так и мы можем сказать церкви: спасибо за канон, но мы об этом и так давно знаем.

Главная риторическая ловушка этой идеи коренится в слове «канон». Если понимать канон как список из 27 книг и считать, что список из 26 или 28 книг – это уже не «канон», тогда да, некое авторство у церкви есть. Но очень важно помнить, что сам термин «канон» небиблейский и искусственный. Церковь придумала его сама для решения своих задач, а затем другие конфессии подхватили его и используют просто по традиции. От этого термина можно полностью отказаться, и тогда церкви уже не будет, на что заявлять авторство. В конце концов, мы читаем не какой-то абстрактный «канон», а просто конкретные книги: евангелие от Матфея, евангелие от Иоанна, Деяния апостолов и т.д. Церковь никак не повлияла на появление, признание и распространение этих книг. Она просто записала их в столбик, назвала этот столбик «каноном» и теперь использует это как аргумент. Но попробуйте предложить стороннику такого аргумента не использовать в речи слово «канон», и вы сразу увидите, что у него пропадут все доводы. Он же не может заявлять авторство на Евангелия или Деяния, а заявлять права просто на список как-то нелепо. «Вы пользуетесь нашим каноном» – звучит умно, по-богословски. «Вы пользуетесь нашим списком» – звучит уже как-то глупо.

Да, другие конфессии пользуются этим списком, но не потому, что его написала церковь, а потому что входящие в него книги – это основа христианства, на них лежит убедительная печать Божьего откровения. Кто рискнет оспаривать тексты апостолов и их ближайших сподвижников, таких как Лука и Марк? Эти книги отделяет гигантская пропасть от всей прочей околохристианской литературы. Некоторые проблемы были с Откровением Иоанна, но не такие большие, как с некоторыми явными подлогами типа Апокалипсиса Петра или Евангелия от Фомы. Разница была столь явной, что не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы отделить пшеницу от плевел. Что церковь и сделала, и кстати, не первой. Различные списки-каноны составлялись с самого начала христианства, и о многих из них мы просто не знаем. Например, первый известный канон Муратори (или Мураториев) датируется второй половиной 2-го века, когда господствующей православной церкви не было даже в проекте, а он мало чем отличается от сегодняшнего. Это снова показывает, что ко времени зарождения церкви ситуация с «каноном» в основном давно была ясной.

Канон Муратори

Стоит немного остановиться на этом памятнике христианской литературы. У него есть ряд текстологических проблем, но по нему хорошо видно, какие книги считались авторитетными к этому времени. Вот его содержание (не по порядку упоминания):

  • Евангелие от Матфея
  • Евангелие от Марка
  • Евангелие от Луки
  • Евангелие от Иоанна
  • Деяния апостолов
  • Послания Иоанна (сложно сказать, какие именно; скорее всего, имеются в виду 2-е и 3-е вместе, а 1-е было объединено с Евангелием Иоанна)
  • Послание Иуды
  • Послание римлянам
  • Послания коринфянам (1-е и 2-е)
  • Послание галатам
  • Послание эфесянам
  • Послание филиппийцам
  • Послание колоссянам
  • Послания фессалоникийцам (1-е и 2-е)
  • Послания Тимофею (1-е и 2-е)
  • Послание Титу
  • Послание Филимону
  • Апокалипсис (откровение) Иоанна
  • Апокалипсис Петра (с оговоркой, что он читается не во всех собраниях)
  • Пастырь Ерм (с оговоркой, что из-за позднего происхождения его не следует читать на богослужении вместе с книгами пророков и апостолов)

В каноне отдельно упоминаются послания к лаодикийцам и александрийцам и оговаривается, что они еретические и их не следует читать в собраниях. В конце упоминаются и еще какие-то апокрифы, но из-за повреждения текста сложно разобрать, какие именно.

Итак, от современного канон Муратори отличается только включением Апокалипсиса Петра и Пастыря Ерма (причем с оговорками, как спорные) и отсутствием Послания к евреям, обеих Посланий Петра и Послания Иакова. На Апокалипсисе Петра и Пастыре Ерме я еще раз остановлюсь ниже, а вот что Мецгер пишет про 1-е Послание Петра:

Принимая во внимание довольно широкое использование этой книги некоторыми древними писателями, как западными, так и восточными, можно предположить вслед за Цаном и другими, что первоначально в этот список включалось и 1-е Послание Петра, но из-за небрежности переписчиков его впоследствии пропустили.

Можно ли быть уверенным, что из-за небрежности переписчиков точно так же не пострадали и послания Иакова и евреям?

Важно понимать, что означает датировка канона Муратори. Он был составлен в конце 2-го века. В нем упоминаются наиболее читаемые и авторитетные книги, а авторитет нельзя «заработать» за несколько лет. Следовательно, ко времени появления этого канона упоминаемые в нем книги должны были признаваться авторитетными уже длительный срок, десятилетиями. Стало быть, упомянутые книги обрели свой статус уже на рубеже 1-го и 2-го веков – то есть практически в эпоху апостолов. Это значит, что де-факто христианский канон (раз уж мы стали использовать это слово) сформировался практически одновременно с появлением христианства и затем на 90% больше не менялся.

Так вот, раз церкви не нравится покушение на ее канон, я предлагаю заявить, что мы используем слегка отредактированную (по объективным критериям) версию канона Муратори. Мы берем канон Муратори, убираем из него те книги, которые в нем названы спорными, и добавляем ту, что пострадала от переписчиков (1 Петра), плюс еще три, которые, как мы знаем, пользовались большим авторитетом на заре христианства, не содержат признаков подлога и не противоречат другим книгам по смыслу (Евреям, Иакова и 2 Петра). Вот таким каноном мы и пользуемся. Ни у кого нет возражений?

Еще несколько выдержек из Мецгера.

Хотя это (составление канона – А.Ч.) — один из наиболее важных итогов развития мысли и практики древней Церкви, достоверно установить, кто, когда и как это сделал, невозможно. Наверное, в истории христианской Церкви мало найдется таких удивительных загадок, как отсутствие описания столь важного процесса. Принимая во внимание недостаточность необходимых сведений, не стоит удивляться тому, что исследовать процесс канонизации новозаветных текстов очень трудно… полное молчание святых Отцов о том, как проходила канонизация…

Может ли какая-то организация сегодня присваивать себе права на канон, если «невозможно достоверно установить, кто, когда и как это сделал», это является «удивительной загадкой», о которой «полностью молчат святые Отцы»? Но для церкви загадок нет, для нее все просто: она и только она является автором канона. Вы должны просто принять это на веру, как и теорию о ее сквозной апостольской традиции.

Особую значимость посланий апостолов, которые были соратниками Христа и создавали свои произведения так близко от времени Его земного служения, постоянно подчеркивали, а это способствовало вычленению и объединению этих документов в отдельный корпус писаний, который позволил надежно изолировать их от творений более поздних авторов. Например, послания Климента и Игнатия явно проникнуты духом послеапостольских времен. В них чувствуется некоторая авторитетность, но сознания апостольского приоритета здесь уже нет. Авторы постоянно ссылаются на глубоко почитаемых апостолов, как на столпов уже минувшего века (1 Клим 5:3-7; 42:1 и далее; 47:1 и далее; Игнат Тралл 2:2; Магн 6:1; 7:2; 13:1). Вполне очевидно, что современники могли распознавать тон документов; да так оно и было. Поэтому одни стали идентифицировать как канонические, а другие относить ко все возрастающей группе патристической литературы.

Итак, уже в первом веке послания апостолов были «надежно изолированы» от других текстов. Хотя Климент и Игнатий были практически современниками апостолов, в их текстах уже не было того убедительного внутреннего свидетельства Божьего вдохновения, и это понимали их современники. Отсюда и пошло разделение текстов на «канонические» и все прочие.

История его формирования — не серия случайных событий, а длительный и последовательный процесс. Тогда стояла задача не просто собирать, но и отбирать, и даже отвергать. Канон Нового Завета принимали не индивидуальным или соборным волеизъявлением на заре христианской эры — отбор новозаветных книг происходил постепенно, в течение многих лет и под давлением различных обстоятельств, и внешних (см. гл. IV) по отношению к жизни общин, и внутренних (см. гл. XI. I).

Да, формирование канона, что бы под ним ни понималось, было длительным и естественным процессом (в другом месте Мецгер даже пишет «зигзагообразным»), а не быстрым и искусственным, как хочет представить это церковь. Именно поэтому существует целая историческая дисциплина по изучению истории новозаветного канона. Если бы все было так просто, как представляет церковь, то изучать было бы нечего. Появление православной церкви в 4-м веке пришлось на самый конец процесса формирования канона. Это самый хорошо изученный и одновременно мало что определяющий период. Основные события происходили гораздо раньше.

О критериях определения каноничности:

Другим критерием, применявшимся к книге, чтобы выяснить, можно ли ее включить в Новый Завет, был вопрос о ее апостольском происхождении. Когда составитель канона Муратори протестует против того, чтобы принять Пастыря в канон, он указывает, что книга написана совсем недавно и потому ее нельзя поместить “среди пророков, число которых доведено до полноты, или среди апостолов”. Поскольку “пророки” здесь означают Ветхий Завет, то выражение “апостолы” практически равнозначно Новому Завету. Таким образом, апостольское происхождение книги, реальное или предполагаемое, создавало предпосылки для того, чтобы ее воспринимали как авторитетную. Ясно, что послание, приписанное апостолу Павлу, имело гораздо больше шансов на такое признание, чем текст, автором которого назывался, например, монтанист Фемисо. Значимость Марка и Луки обеспечивалась тем, что они в церковном предании связывались с апостолами Петром и Павлом.

Это разумный критерий? Разумный. Если церковь это понимает, хорошо, но это понимает не только она.

Третий критерий авторитетности книги заключался в том, что ее признают и широко употребляют в Церкви. Это, конечно, основывалось на том принципе, что у книги, которую долго принимали во многих церквах, положение куда прочнее, чем у той, которая признана только в немногих общинах, и не очень давно. Провозгласил этот принцип Августин, подкрепил — Иероним, который подчеркивал значимость именитости и древности автора.

Хотя этот принцип провозгласил Августин, а подкрепил Иероним, этот принцип правильный вне зависимости от того, как мы относимся к Августину или Иерониму. Боговдохновенная книга не может появиться спустя века после Христа и апостолов и быть известной только небольшому кругу лиц.

О некоторых неканонических книгах:

Дидахе — небольшое наставление о добродетели и церковной жизни. Хотя на него ссылался не один Отец Церкви (Евсевий и Афанасий даже едва не отнесли его к Новому Завету), однако до 1875 г. не было известно ни одной его копии.

Вот один из ответов на вопрос, почему некую книгу нельзя признавать канонической – она долгое время была неизвестна. Если мы верим, что Бог сохранит свое слово, мы не можем признавать книгу, которая была найдена только в 1875 году. Нужна нам официальная церковь, чтобы это понимать? Нет, достаточно веры и здравого смысла.

Послание Варнавы представляет собой богословский трактат, изложенный в виде письма. И Климент Александрийский, и Ориген высоко ценили его, приписывая Варнаве, спутнику и сподвижнику апостола Павла… Неизвестный автор, по всей видимости — учитель из язычников, поставивший перед собой задачу доказать, что смерть Христа на кресте была жертвой во исполнение замысла, выраженного в Ветхом Завете (9:7-9). В своем толковании Ветхого Завета он занимает радикальную антииудейскую позицию, которая весьма уникальна для раннехристианской литературы.

Если книга занимает «радикальную» и «уникальную» позицию, то есть противоречит другим книгам, то мы можем самостоятельно и без подсказок церкви понять, что Святой дух не участвовал в ее написании.

Одной из наиболее популярных книг, появившихся в ранней Церкви, был Пастырь Ерма. Его часто цитировали, одно время даже считали боговдохновенным, и, кроме всего прочего, до наших дней сохранилось более 20 отдельных греческих фрагментов на пергаменте и папирусе, датируемых II — IV веками; два латинских (II и V века, соответственно) и два коптских (саидский и ахмимский).

Обратите внимание на фразу «одно время». Если какая-то книга считалась боговдохновенной только одно время, а остальное время – не считалась, значит, на это были объективные причины, и такую книгу не следует включать в канон. Что и делает канон Муратори, рекомендуя ее только для личного изучения, но не для богослужения.

Среди таких апокрифических евангелий, написанных во II, III и последующих веках, — Протоевангелие Иакова, История детства от Фомы, Арабское евангелие детства, Армянское евангелие детства, История Иосифа плотника, Евангелие о Рождестве Марии и некоторые другие евангелия, рассказывающие о первых годах жизни Иисуса. Евангелие Никодима (иначе известное еще как Деяния Пилата) и Евангелие Варфоломея повествуют об Его схождении в ад. Все эти евангелия обнаруживают гораздо худшее знакомство с географией и обычаями Палестины, нежели канонические, что неудивительно, если принять во внимание обстоятельства и время их написания.

Если текст книги явно выдает ее подложность (например ошибки в географии), то нам не нужна церковь, чтобы разобраться в ситуации.

До 1886 г. ученые, хотя и знали о существовании Евангелия от Петра, не располагали ни единой цитатой из него. Ориген случайно упоминает его в своем Комментарии на Матфея (10, 17), когда рассуждает о братьях Иисуса.

Снова видим, что некая книга веками была утеряна, а кроме того, ее редко цитируют ранние христианские авторы. Все ясно. Без церкви.

Самая важная из апокрифических книг — Апокалипсис Петра, датируемый 125 — 150 гг. Впервые мы узнаем о нем из канона Муратори, где он располагается непосредственно за Апокалипсисом Иоанна с предупреждением, что “многие наши люди не желают, чтобы он читался в церкви” (строка 72-73). Климент Александрийский признавал в нем произведение самого Петра (Ed. Proph. 41, 2 и 48, 1) и написал к нему комментарии (так пишет Евсевий, Церковная история, VI. 14, 1). С другой стороны, его считали неканоническим Евсевий (III. 25, 4) и Иероним (De viris ill. I).

Вообще, это интересная книга. Обратим внимание, что хотя она включена в канон Муратори, «многие люди» не считали возможным читать ее в церкви. Это, плюс ее сомнительное содержание, объективно не позволяют считать ее боговдохновенной. Кстати о ее содержании, небольшая цитата:

И увидел я другое место, стоявшее над тем, очень грязное; это было место наказаний. И те, кого наказывали, и наказующие ангелы носили темное одеяние, в соответствии с духом того места. Некоторых вешали за язык; это были те, кто кощунствовал о пути праведности. Под ними был разложен костер, ярко вспыхивавший и мучивший их. И были там другие, женщины, повешенные за волосы над закипавшей болотной жижей, — это те, кто запятнал себя прелюбодеянием. А мужчины, соучаствовавшие с ними в прелюбодеянии, были подвешены за ноги, головами в эту жижу. Они вопили: “Мы не думали, что попадем сюда”.

В этом тексте впервые в околохристианской литературе появляется описание ада как места мучений. Вот здесь я приводил более полную выдержку из этого апокрифа с живописанием мучений несчастных. Ученые датируют его серединой 2-го века. Интересно, что здесь грешников наказывают еще не демоны, как сегодня, а ангелы, хоть и «в темных одеяниях». То есть грешников мучил еще собственноручно Бог. Лишь позже христиане спохватились (как-то некрасиво выглядит) и поменяли Бога на Дьявола. Впрочем, мы отвлеклись.

Если мы примем во внимание ставшие недавно доступными десятки евангелий, деяний, писем и апокалипсисов из библиотеки Наг-Хаммади, мы уверенней, чем когда-либо, сможем сказать, что ни одна книга или собрание книг древней Церкви не могут сравниться с Новым Заветом по степени своей важности для истории и вероучения христианства.

Без комментариев.

А вот как канон «утверждался» на соборах, например Лаодикийском. Приведу более полную цитату, подчеркивания мои:

Здесь следует упомянуть о Соборе, на котором обсуждался канон, хотя трудно с определенностью сказать, как все это было в действительности. Состоялся Собор в Лаодикии; город этот расположен в малоазийской провинции Фригии Пакатании. На нем обсуждали канон, но точного решения на этот счет мы не знаем. В заключении соборных правил (или “канонов”), которые приняли тридцать с небольшим клириков, сказано: “В церквах да не читаются ни псалмы частного сочинения, ни неканонические книги (akanonista biblia), а только канонические писания (ta kanonika) Нового и Ветхого Заветов”. Это постановление с незначительными изменениями присутствует во всех отчетах о Соборе. Однако в более поздних рукописях за ним следует список ветхозаветных, а затем и новозаветных книг. Последняя часть совпадает с нынешним каноном за исключением Апокалипсиса. Поскольку в большинстве латинских и сирийских версий этого документа списков нет, большинство ученых считает, что их прибавили после 363 г. Вероятно, какой-нибудь редактор решил, что необходимо поименовать книги, которые можно читать. Как бы то ни было, ясно, что Лаодикийский собор не сделал никаких попыток утвердить новый канон. Постановление, принятое на нем, просто признает, что определенные книги повсюду признают достойными того, чтобы их читали во время церковного богослужения, и книги эти известны под названием “канонических”. Если списки подлинные, они лишь перечисляют названия книг, уже признанных авторитетными писаниями в тех церквах, которые были представлены на Соборе.

Как видим, никакого особого «принятия канона» даже не было. Собор просто решил, что вот эти книги надо читать, потому что они считаются авторитетными, а другие книги читать не надо. Точно так же может сделать и любая другая конфессия, в том числе современная. Конечно, были подварианты канона и до, и после этого момента. Но сегодня, в ретроспективе, мы видим, что имеющийся список из 27 книг вполне правилен, менять его нет смысла. Однако вряд ли церковь имеет моральное право присваивать себе заслуги его появления.

В конце своей книги Мецгер приводит интересные рассуждения о том, можно ли изменить имеющийся христианский канон в каких-то обстоятельствах. Ответ на этот вопрос он дает скорее отрицательный, но вовсе не потому, что этому препятствует авторское право православной или католической церквей:

…c чисто теоретической точки зрения сохраняется возможность включить в канон Нового Завета дополнительную книгу или новое послание, но весьма проблематично, чтобы какое-либо писание отвечало необходимым для этого критериям, древним или современным.

Эти «древние и современные критерии» объективны и не зависят от произвольных решений каких-то церковных организаций. Они отражают объективные реалии раннего христианства, восходящие непосредственно к Христу и апостолам.

А вот хорошо нам знакомый протодиакон Андрей Кураев, автор учебника по основам православной культуры для школ. Однажды ему задали вопрос:

Апокрифы – это ведь почтенная литературная традиция. Во многих из них есть очень подробный рассказ о земной жизни Христа, намного более детальный, чем в четырех канонических Евангелиях, принятых Церковью, вместе взятых. Но, тем не менее, Церковь настаивает на достоверности именно этих четырех Евангелий. По какому же признаку все остальные Евангелия были причислены к апокрифам, то есть считаются подложными или искаженными?

На что Кураев отвечает:

Церковь ничего не выбирала, во-первых, потому что в основной своей массе эти псевдо-Евангелия появились уже после того, как Церковь свыклась со своими каноническими Евангелиями. А во-вторых, Христос, представляемый в апокрифах,- это совсем не тот облик Христа, который был дорог церковному сердцу и хранился в Церкви мучеников первых веков христианства.

Заметим, православный богослов, профессор, приближенный патриарха, автор учебников заявляет: «Церковь ничего не выбирала». Действительно, что можно выбирать в ситуации, когда все и так ясно? Слишком поздние, очевидно подложные и полностью искажающие облик Христа апокрифы и не могли всерьез считаться каноническими. Если церковь просто сложила дважды два и признала очевидный факт, то в чем ее большая заслуга?

Несколько итогов

  • Как хорошо видно по канону Муратори, уже к началу 2-го века авторитетными считались практически те же самые книги, которые мы читаем сегодня.
  • Римская церковь не утверждала канон, а лишь констатировала, что такие-то книги являются каноническими, то есть авторитетными, и придала этому списку статус де-юре.
  • Формирование канона было длительным и естественным процессом, на который церковь никак не повлияла.
  • Исключенные из канона книги очевидно ошибочны и подложны, поэтому не только церковь, но любой объективный исследователь вправе исключить их из канона;
  • Даже на соборах не было какого-то формального утверждения канона, но просто рекомендовалось читать только канонические книги, которые де-факто считались таковыми задолго до того.
  • Сам термин «канон» искусственный, и от его использования можно отказаться.
  • Церковь ничего не сможет возразить, если кто-то заявит, что пользуется отредактированной версией канона Муратори, на который у нее нет «авторского права».

***

Церковь хочет, чтобы мы думали, будто формирование канона было быстрым, искусственным и кабинетным. Что сначала канона не было, затем несколько епископов собрались, написали список, поставили печать, и вуаля, появился канон, под фанфары и возгласы благодарной паствы. Даже поверхностное знакомство с фактами позволяет легко увидеть, что все было совершенно не так. Епископы написали тот список, который написали, потому, что не могли написать никакой другой. Этот список уже был написан историей и Святым духом, причем задолго до того, как эти епископы появились на свет. Этот процесс протекал в недрах живой христианской жизни, и никакая отдельно взятая организация не могла его контролировать, как бы ни хотела. Это было ей просто не под силу.

Но позже церковь создала очень живучий миф, которым активно пользуется начиная с Реформации. Благодаря этому мифу она получила способ объявить Библию частью своей собственной внутрицерковной литературы, эдаким собственным брендом. Этот миф идет рука об руку с другим – о существовании единой сквозной «традиции» от апостолов до православной церкви. В результате оказывается, что Библию не просто нельзя правильно толковать в отрыве от православной традиции, но она вообще является чуть ли не патентованной собственностью церкви, а прочие «инославные» бесстыдно крадут у нее эту собственность. Цель у всех этих идей одна – внушить нам, что только церковь может правильно толковать Библию, а другие на это в принципе неспособны. Но вот беда, эти построения совсем не подтверждаются историческими данными.

Меня всегда удивляет, что церковь приводит в свою поддержку какие-то странные, чисто внешние доказательства: мы составили канон, мы владеем правильной традицией, у нас апостольская преемственность, давняя история, большое влияние (так и хочется добавить: много денег) и т.д. Я не встречал таких критериев в Библии. Иисус учил распознавать своих учеников по любви (Иоан. 13:35) и по «плодам» (Мат. 7:15–20). Еще апостолы творили чудеса, и это тоже было убедительно. Церковь и не творит чудеса, и не предлагает обратить внимание на любовь среди своих членов или другие плоды своей деятельности. Зато она активно продвигает какие-то причудливые идеи о канонах и апостольской преемственности. Странно.

Читайте также:
Вопросы православной церкви
Апостольская традиция: хорошая мина при плохой игре
Новый Отрез

Комментарии

  1. 282 ст УК РФ - пропаганда исключительности, превосходства ...

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Эт точно. Что-то церковь совсем позабыла про эту статью =)
      А так же про статью о клевете и разжигании межрелигиозной розни, что ей так хорошо и легко удается.

      Удалить
  2. Спасибо за отличную статью, дорогой брат!
    Православные издания Библии - самые большие, ведь включают 12 апокрифов в Еврейских писаниях, число которых таким образом доходит до 51 книги. А у католиков их 46, то есть 39 канонических книг и 7 апокрифов (см. статью Википедии "Books of the Bible" на английском). Зато с Христианскими греческими писаниями у обоих все чин-чином.

    ОтветитьУдалить
  3. Юра יהוה הוא אלוהים11 дек. 2012 г., 17:16:00

    1Кор 12:10
    ....кому-то — понимание вдохновлённых слов,...
    ___________________
    Так как первые христиане были крещены Святым Духом Бога, то некоторые из них могли различить, какое послание Боговдохновенно, а какое нет и Церковь тут ни при чем.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Юрий, а что первые христиане, обладающие таким даром, составили перечень таких вдохновленных книг, который всплыл во II веке?

      Удалить
  4. Супер! Еще недавно пришлось на эту тему размышлять, но не хватало фактов. Спасибо за столь подробную информацию.

    ОтветитьУдалить
  5. Если бы не церковь мы бы не только не знали канон но и не знали бы что большое светило днем Солнце, а малое ночью - Луна. Ведь это церковь перевела на русский язык первую главу Бытия. А где в это время были сектанты? В Америке?

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Ну ты юморист!!!Виталий.

      Удалить
    2. В то время когда космические корабли бороздили Большой театр...
      И ещё,а что такое в Вашем понимании Церковь? И какую Церковь Вы имеете ввиду,Католическую или Православную?

      Удалить
  6. "Люди часто заблуждаются, полагая, что канон был выработан на церковных соборах. Это не так, поскольку различные церковные соборы, пытавшиеся провести канонизацию Нового Завета, лишь публично провозглашали, как мы увидим позже, то, что уже стало общепризнанным в сознании Церкви того времени" (Эрл Кернс "Дорогами христианства").

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Сергей, даже если историк прав, все же ключевой фразой здесь являются последние слова: "в сознании Церкви того времени" (!), а не где-то само по себе. Далее. Задумайтесь, для чего соборы публично провозглашали то, что уже было общепризнанным? Из истории Церкви мы ясно видим, что все соборные решения выносились именно по причине необходимости урегулирования спорных или неясных вопросов.

      Удалить
    2. Кажется, никто не против понятия "церковь", если понимать его как совокупность христиан.

      Удалить
  7. Александр Аркадьевич12 дек. 2012 г., 21:31:00

    Даже в данном вопросе церковь не последовательна, в виду того что канон еврейских книг составляла не православная и не католическая церковь, а следовательно пользуясь их логикой ,правильно понимать большую часть библии эти церкви не способны. И в общем то понятна вся эта суета вокруг канона и апостольских традиций. Для любого объективного исследователя библии, очевидно, что учение этих церквей, мягко говоря, не библейское. На самом деле есть единственное объективное доказательство того является церковь истинной или нет это доказательство очень простое. «По тому узнают все, что вы мои ученики, если между вами будет любовь». Не сложно выяснить представители каких церквей и когда убивали своих соверующих. И представители каких церквей не убивали ни своих соверующих ни людей других убеждений.

    ОтветитьУдалить
  8. Очень часто в Новом Завете встречается выражение "писание".Так вот если Ап.Петр знал и имел все послания Павла,то скорей и Павел имел его послания и вряд ли они скрывали их от других, итак читаем : " долготерпение Господа нашего почитайте спасением, как и возлюбленный брат наш Павел, по данной ему премудрости, написал вам, 16 как он говорит об этом и во ВСЕХ ПОСЛАНИЯХ, в которых есть нечто неудобовразумительное, что невежды и неутвержденные, к собственной своей погибели, превращают, как и прочие Писания. (2 пет.3:15,16).Интересно, а какие книги просил Павел у Тимофея принести?Вряд ли по герграфии........(13 Когда пойдешь, принеси фелонь, который я оставил в Троаде у Карпа, и книги, особенно кожаные.2 тим.4 глава.Так что,хорошо КАНОНИЗИРОВАТЬ ТО ,ЧТО УЖЕ ДАВНЫМ-ДАВНО БЫЛО КАНОНИЗИРОВАНО...............

    ОтветитьУдалить
  9. Уважаемый Антон! Апологетический центр "Ставрос" опубликовал ответ на вашу статью: http://stavroskrest.ru/sects/canon. Возможно, вам будет интересно ознакомиться с критикой ваших аргументов.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Весьма польщен, только аргументы это не мои, а Брюса Мецгера и всех неангажированных историков. Кстати, слово "sects" в ссылке совсем не прибавляет мне желания знакомиться с материалом.

      Удалить
    2. Только прочитав статью, увидел что автором указан:
      Григорий Светлов. Разве под этим псевдонимом не пишет исключенный из собрания Артем Григорян?

      Опровергните эту информацию и я извинюсь. Но если это так, то вы не красиво поступаете. Не по христиански. После того как Виктор Кабанов вам дал ясно понять что для Свидетелей Иеговы общение с исключенными неприемлемо, вы от имени "Ставроса" предлагаете Антону Чивчалову вступить в заочную полемику с исключенным Григоряном.

      С ведома ли Центра это делается? Или это сам Григорян пишет здесь, и у Кабанова, от имени "Ставроса", а сам АЦ об этом ни сном ни духом?

      Удалить
    3. Конечно, с ведома. У меня нет точных данных насчет "Григория Светлова", но я знаю, что "Ставрос" активно сотрудничает с отступниками, это общеизвестно.

      Удалить
    4. Антон поступает мудро, не вмешивается в этот спор. Прочитал первые строки на "Ставросе" и там говорится что в Свидетелей Иеговы этот вопрос почти не затрагивается. Это ложь потому что этому посвящена целая книга «Все Писание вдохновлено Богом и полезно». Дальше читать не стал.

      Удалить
  10. Антон, а почему бы вам не пообщаться публично с этим ставросом?они сколько неправды пишут о христианах. вряд ли у них будут серьезные аргументы в беседе с вами. вот покажите при всех, где истина. может, люди читающие узнают новое о Библии

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Я не люблю онлайновые дебаты. Если вы думаете, что они могут к чему-то привести, я с вами не согласен. Они не приводят ни к чему, кроме потери времени всех участников.

      Удалить
    2. Анонимный, а какую неправду о христианах пишут сотрудники "Ставроса"?

      Удалить
  11. Забавная анимация на Ставросе рядом со статьей.В школе доводилось заглянуть в дневники одноклассниц.Особо "глубокие" мысли выделялись цветными карандашами и буквами с разными закорючками.Обработка читателя идет на самом высоком уровне.По этому поводу вспоминается роман Ильфа и Петрова "Золотой Теленок"

    -- Самое главное, - говорил Остап, прогуливаясь по просторному номеру гостиницы "Карлсбад", - это внести смятение в лагерь противника. Враг должен потерять душевное равновесие.

    Сделать это не так трудно. В конце концов люди больше всего пугаются непонятного. Я сам когда-то был мистиком-одиночкой и дошел до такого состояния, что меня можно было испугать простым финским ножом. Да, да. Побольше непонятного. Я убежден, что моя последняя телеграмма "мысленно вместе" произвела на нашего контрагента потрясающее впечатление. Все это-суперфосфат, удобрение. Пусть поволнуется. Клиента надо приучить к мысли, что ему придется отдать деньги. Его надо морально разоружить, подавить в нем реакционные собственнические инстинкты.

    ОтветитьУдалить
  12. Антон, а что вы думаете о Монтанистах если не секрет?)

    Монтанизм, "катафригийская ересь", раннехристианская ересь.
    Основана в середине II в. во Фригии. Основатель этой ереси был Монтан, бывший языческий жрец, родом из Мизии, который обратился в христианство около 156 г., но не захотел войти в слагавшиеся в то время церковные рамки и стал проповедовать живое духовное общение с Божеством, свободное от иерархии и обрядов и проявляющееся в индивидуальных харизмах, т. е. особых дарах Св. Духа, преимущественно в даре пророческом. Последователи Монтана, между которыми выдавались особенно две пророчицы, Приска (или Присцилла) и Максимилла, признали своего учителя за Параклита (Духа-Утешителя), обещанного в Евангелии от Иоанна.

    Отличительной особенностью монтанизма было учение о продолжении в Церкви откровения и благодатных даров. Церковь, по их учению, развивается под водительством благодати, постепенно, и имеет свои возрасты. Так, под водительством откровения в Моисеевом законе она была в период отрочества, под благодатью Христовой - в период юности, при откровениях чрез Монтана и других пророков - церковь вступила в период мужества. Но новые откровения монтанистов направлены не к сообщению нового догматического откровения, а к переустройству собственной церковной жизни на более строгих началах. Поэтому монтанисты проповедовали строжайший аскетизм, доходивший до изуверства (их аскетические требования приводили к отрицанию всех земных радостей). Всю жизнь христиан они обставляли самыми строгими правилами, отрицая пользование даже самыми невинными удовольствиями и наслаждениями, как, напр., занятие искусством и наукой. Монтанисты выступали против самовластия епископов; во главе их общин стояли "пророки" и "пророчицы".

    Монтанизм, полагая сущность христианства исключительно в религиозном энтузиазме, своим отрицанием всякой иерархической и богослужебной формы сталкивался с Церковью, а своим пренебрежением к умственной стороне религии представлял противоположность гностицизму, с которым, однако, последователи Монтана сходились в том, что настоящими духовными христианами и "святыми" считали только себя, а большинство верующих признавали за низший род людей - душевных. Пророческий дар у монтанистов выражался в экстатических припадках, а со стороны содержания пророчества сводились главным образом к возвещению скорого второго пришествия Христа, при чем фригийский городок Пепуза объявлялось Новым Иерусалимом.

    Так как монтанисты оставляли неприкосновенными основные христианские догматы и восставали против церкви только в отношении дисциплины и нравов, заявляя себя здесь крайними ригористами, - то многие важные предстоятели церковные (Ириней лионский, Елевферий римский) смотрели сначала на это движение снисходительно; более строго отнесся к нему папа Виктор, а впоследствии Монтанова или катафригийская ересь была окончательно осуждена Первым Вселенским Собором в Никее (325).

    О первоначальной истории монтанизма сохранилось так мало положительных сведений, что в новейшее время некоторые слишком скептические историки склонялись к признанию самого Монтана и его двух пророчиц за мифы. Религиозные идеи монтанизма известны главным образом из книг обратившегося в эту секту Тертуллиана.

    Ересь получила распространение в Малой Азии, Африке, Риме, Галлии и на Балканах. Секта монтанистов просуществовала под управлением своего патриарха, обитавшего в Пепузе, до VIII в.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. "При откровениях чрез Монтана и других пророков - церковь вступила в период мужества… строжайший аскетизм, доходивший до изуверства… в экстатических припадках… отрицая пользование даже самыми невинными удовольствиями и наслаждениями… фригийский городок Пепуза объявлялось Новым Иерусалимом" - никак не могу согласиться с монтанистами.

      Удалить
  13. Про Дидахэ. При чём тут "здравый смысл"? Если книгу цитировали (кстати, это делал Евсевий Кесарийский, арианин, Ваш предтеча), то она была, и была популярна. А исчезла она уже века спустя.
    Про Послание Иакова, которое якобы было пропущено переписчиками. Оно не раз подвергалось сомнению, тот же Евсевий в нём сомневался. И неслучайно, ибо это не христианский, а иудеохристианский текст! Евсевий пишет о смерти его автора, Яакоба Ахмары (Иакова Праведного), так, что понятно: вопрос о мессианстве Иисуса стоял в служении Иакова на предпоследнем месте.
    Автор лукаво умалчивает о Книге Премудрости Соломона, включённой в канон; о Книге Еноха, на которую серьёзно ссылались многие Доникейские Отцы; о Евангелии от Петра, на которое ссылался Юстин в Апологии, о Еврейском Евангелии... Нам, читающим тексты Отцов, может показаться, что апокрифы "и так понятно, что лживы". Но беда в том, что история всегда пишется победителями, и тексты тех иереев, которые ссылались на апокрифы, давно истлели в земле, никем не переписанные.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Дидахе цитировали несравнимо меньше канонических книг, плюс, она была утеряна до 1875 года. Вдохновленное Слово Бога не может так потеряться на 2000 лет. Что цитировал Евсевий, совершенно неважно, и нашим предтечей он не является. Не понял, кто именно у вас «лукаво умалчивает». Премудрость Соломона, Еноха, Евангелие Петра, Евангелие евреев слишком радикально противоречат остальной Библии, у них откровенно нелепое содержание, и это самое главное. Если на какую-то книгу ссылается Юстин, что из этого? С каких пор Юстин стал таким авторитетом? «Апокрифы и так понятно, что лживы» – вовсе не «и так», а на основе серьезных доказательств. Более того, вопрос здесь стоит наоборот: на каком основании мы должны считать апокрифы правдивыми? Что может подтвердить их подлинность? Нет таких оснований и подтверждений. Тексты иереев истлели в земле – что доказывает этот аргумент? То, что часть слова Бога может вдруг исчезнуть в результате каких-то случайных, слепых исторических причин? Такого не может быть, если мы верим в Бога и в то, что Библия – его письмо человечеству.

      Удалить
  14. Всё правильно, ведь Иисус тоже "говорил" - "Всё чему я учу "мое".

    Но ведь мы их можем очень хорошо попросить, и они нам разрешат использовать Библию.

    Ну или в крайнем случае совсем уже классический вариант - купить у них право первородства да и всё.


    Дмитрий

    ОтветитьУдалить

Отправить комментарий

Действует премодерация. Не пропускаются комментарии: агрессивные, неадекватные, провокационные, на иностранных языках, не по теме статьи, повторные в той же статье (каждый комментатор комментирует только один раз – хорошо подумайте, что хотите сказать!), в ответ на другие комментарии (комментируйте статью, а не чужие комментарии). Комментарии не предназначены для дискуссий и дебатов. Подробнее об этом здесь. Для дискуссий и вопросов личного и технического характера, пожалуйста, используйте почту или другие виды личных сообщений. Если ваш комментарий не опубликован, не ругайтесь об этом в комментариях (это не поможет), а напишите мне по почте или другим способом. Весьма вероятно, мы сможем решить проблему, и ваш комментарий появится.

Популярные сообщения из этого блога

Памятка по Матильде

Библейские загадки

Однажды в Америке

«Перевод нового мира» плохой, потому что…

Проблема теории о «лжепророчествах»

Написать автору

Имя

Электронная почта *

Сообщение *